- Он в морге, - сказал психолог. - Изрешетил жену, потом стрелял по прохожим, пока снайперы его не прикончили. Похоже, он начал рановато, вам не кажется?

"Уда-ар, - подумал полковник. - Плюха. Ну-ка, как выкрутится наш Морфей? В конце концов я, как комендант, абсолютно ни в чем не виновен... "

- Инцидент, безусловно, прискорбный, - траурно опустил глаза профессор. - Но в итоге он не выходит за рамки аналогичных инцидентов с военнослужащими, э-э... обучавшимися традиционными методами. Согласно теории вероятности такое всегда возможно.

- Кес Негсu1еs соntrа рines *, - забывшись, бухнул полковник. На него удивленно покосились, и он заторопился: - Это по-испански: "И святой спотыкается". Я там служил.

И Геркулес не всемогущ (лат.)

- Я думаю, один досадный случай не может опорочить саму идею, - сказал министр, и его свита согласно закивала. - Или вы думаете иначе?

- О нет, - сказал психолог. - Просто страшно, откровенно говоря. Когда я заявляю, что мне страшно, я не вкладываю в эти слова отрицательного отношения к методам тренировок. Я всего лишь пытаюсь - и довольно долго определить виды, а также предел, порог наших страхов перед военной техникой. Страх перед ядерным оружием давно притупился. Орбитальные лазеры и геофизическое оружие ненадолго сыграли роль подброшенного в огонь хвороста. Генная инженерия чересчур сложна для понимания, чтобы ее бояться. Есть ли какой-то порог, за которым мы утрачиваем всякий страх? И если да, то каковы последствия этого?

"Вот так ты годами и тешишь свою страсть к схоластике - за счет военного бюджета, - подумал полковник. - А идиоты вроде нашего министра тебя слушают - коли уж завели при армии психологов, бюрократическая машина до скончания века будет отпускать на них субсидии. Я же чувствую свое моральное превосходство - в отличие от психологов я добросовестно оправдываю затраты на меня, квалифицированно выпуская кишки.